11 октября 2026 — 11:22
Идиома, вынесенная в заголовок, обычно означает человека универсального, способного делать всё и сразу ‒ эдакий швейцарский нож в человеческом эквиваленте. Шамиль Тайров же в прямом смысле человек-оркестр: он умеет играть на десятке музыкальных инструментов, хотя сердце его прежде всего принадлежит баяну.
В этом году Шамилю Самиуловичу пошёл восьмой десяток, и мы считаем большим упущением, что он ещё не занялся подготовкой мемуаров, с его-то биографией! По жизни его вели две величины, две движущие силы, что нельзя измерить, но оказывают колоссальное влияние на жизнь человеческую ‒ любовь и музыка. Первая привела его в Мосты ‒ родину жены, вторая ‒ дала профессию, призвание и признание.
От «Ясной Поляны» к «Юпитеру»
Уроженец Саранска, он немало гастролировал по Советскому Союзу, выступал в составе оркестра Казанского института культуры и искусств в лучших филармониях Москвы и Ленинграда, сам заработал на свою «Ясную Поляну» (не имение, конечно, а баян). Всё это ‒ ещё до службы в армии, которая поставила на паузу музыкальную карьеру Шамиля.
‒ Планов, связанных с музыкой, всегда было много, ‒ вспоминает артист. ‒ В 70-е музыканты были очень востребованы. Везде ценилась самодеятельность, на предприятиях за это получали премии. Те, кто хотел, всегда мог заработать своим талантом. Я это прочувствовал очень рано, потому что уже в 19-20 лет был на своих хлебах, не зависел финансово от родителей.
С большим теплом вспоминает Шамиль Самиулович и тех, кто подкрепил его любовь к музыке в Казанском институте культуры и искусств. Среди них, например, народный артист России и главный дирижёр оркестра народных инструментов Татарстана Анатолий Шутиков.
‒ Школа была отличная, просто бесподобная! Правда, и работать нужно было будь здоров. В тех же инструментальных ансамблях играли огромное количество произведений ‒ сложных сюит или увертюр, с тональностями и переходами. Играли и классику: Рахманинова, Чайковского, Берлиоза… Нужно было всё это запомнить, благо, одарил меня Боженька и памятью, и талантом к импровизации, ‒ улыбается артист.
В Казани, по словам Шамиля Тайрова, денег на культуру не жалели. Домры и балалайки были исключительно мастеровыми (то есть не отштампованными на заводе, а сделанные под заказ у конкретного мастера), а все пять баянов были «Юпитерами» ‒ лучшей марки во всём Союзе днём с огнём не сыщешь.
Сменил баян на трубу
Учёба окончена, впереди ‒ огромные планы, ведь молодого и многообещающего музыканта зовут в оркестр ансамбля песни и танца Татарстана. Руководил им такой же молодой, амбициозный и талантливый («Невероятный музыкант, просто фейерверк!») артист Рашид Мустафин. Шамиль успел выучить половину программы перед тем, как его забрали в армию.
Там наш герой не затерялся, хотя бы потому, что приехал в часть со своей… трубой ‒ вот так готовятся музыканты к службе в Вооружённых Силах. На два года солдату Тайрову пришлось сменить любимый баян на духовой инструмент: в армии марши были куда востребованнее народной или классической музыки.
‒ Вернулся из армии ‒ о трубе практически не вспоминал, ‒ признаётся музыкант. ‒ Хотя периодически нужно было вспоминать старое. Пару раз играл на трубе в оркестре ‒ это о чём-то да говорит. И сейчас смогу сыграть, нужно только немного позаниматься.
Не думайте, что музыка даётся так легко. Чтобы вспомнить забытый давно инструмент за несколько занятий, Шамиль Самиулович потратил более полувека на освоение музыкальных таинств. В его руках, кажется, даже кусок дерева сможет издать мелодичный звук, что уж там говорить о гитарах, контрабасах и духовых ‒ со всеми разновидностями наберётся более десятка инструментов, которыми владеет мостовский музыкант! Впрочем, сердце его по-прежнему принадлежит баяну ‒ первой любви в мире музыкальных инструментов.
«Песняры» > Beatles?!
По возвращении из армии Шамиль Самиулович некоторое время работал преподавателем в своей альма-матер. Ушёл оттуда с мыслью: «Ну не моё это». Рассказывал, что некоторые ученики с недоверием относились к молодому наставнику, который требовал безупречной, отточенной техники.
‒ Порой спрашивали: «Требовать требуете, а сами-то так сможете?» Брал инструмент в руки, играл ‒ больше таких вопросов не задавали, ‒ улыбается артист.
Заниматься профессиональному музыканту нужно очень много. Это порой даже смахивает на одержимость, ведь в день нужно уделить от четырёх до восьми часов игре на инструменте. Здесь Шамиль Самиулович цитирует пианиста Игнация Яна Падеревского: «Если я не занимаюсь один день, это замечаю только я. Если я не занимаюсь два дня, это замечают критики. Если я не занимаюсь три дня, это замечает публика».
‒ Заниматься нужно очень много. Вставали в 5-6 утра, чтобы прибежать к семи часам для разбора партий с оркестром, а занятия начинались только в восемь. Самостоятельно занимались до позднего вечера. По-другому никак, ‒ заключил музыкант.
В различных ансамблях Шамиль Самиулович играл с 5-го класса, хотя порой ему хотелось быть среди танцующих.
‒ Ну вот такая она судьба артиста ‒ всё время быть на сцене! ‒ смеётся музыкант. ‒ Все танцевали на вечерах, а я в этот момент на сцене для них играю, а ведь охота была пуститься в пляс!
К счастью, со своей будущей женой познакомились они не на танцах. Любовь вспыхнула между ними с первого взгляда, и продолжается она уже 42 года. Две дочки выбрали совсем другую сферу ‒ медицинскую: Юлия стала заведующим аптекой, а Елена ‒ врачом-терапевтом. Тем не менее, старшая дочь периодически пишет песни и музыку. Возможно, одно из её произведений прозвучит в следующем году на городском выпускном ‒ большее Шамиль Самиулович раскрывать не захотел: всему своё время.
На концерты, впрочем, Шамиль успевал сходить: в 70-х весь мир (вряд ли это гипербола, скорее факт) сходил с ума по Beatles. Четвёрка ливерпульских «жуков» всегда была по нраву нашему герою, хотя он резонно замечает: были ведь и другие группы в той же Британии, взять хотя бы Rolling Stones или The Who.
‒ «Битлы», конечно, поражали тем, что при всей своей простоте их музыка была донельзя мелодичной. У них прекрасные аранжировки. Однако считаю, что «Песняры» в этом плане их обошли. Никто так не пел в то время, как они. Их многоголосие ‒ результат огромного труда и подбора нужных тембров. Мулявин, конечно, своего рода гений. Представьте: человек приехал из другой страны, впитал в себя белорусскую культуру ‒ и вместе с другими артистами выдал песни, что поют уже многие поколения!
Как могли бы звучать «Песняры», если бы они захотели примерить на себя «битловские» рамки, можете найти в Интернете: в 1990-м на фестивале памяти Джона Леннона в Донецке Валерий Дайнеко, Владимир Мулявин и Игорь Пеня исполнили легендарное Let It Be, что многие называют лучшим кавером бессмертной классики.
«Фальшь публика чувствует нутром»
Творческий человек, считает Шамиль Тайров, всегда должен находиться в движении, гармонизировать своей работой хаос, создавая прекрасное. Застаиваться никак нельзя: нужно придумывать новые подходы и аранжировки, чтобы нравиться не только жюри конкурсов, но и зрителям. Вот уже почти 25 лет музыкант берёт за основу эти принципы будучи худруком народного ансамбля «Ярыца».
‒ Руководить таким коллективом сложно. Одно дело, когда состав в таких ансамблях постоянный, а участники получают зарплату. А у нас участие добровольное, хоть и поощряется руководством. В Мостах живут далеко не все певцы. Взять ту же солистку Иру Сидор, которая работает в Лунно. Она всегда помогает, когда нужно ‒ на фестивалях, концертах. Я стараюсь отплатить тем же, особенно когда нужно записать песню и свести её.
Именно хороших и мастеровитых коллег музыкант называет главным залогом успеха «Ярыцы», которая за 36 лет своего существования собрала десятки дипломов с музыкальных конкурсов Беларуси, России, Литвы и Эстонии. Ведь если среди прекрасно поющих людей закрадётся один фальшивящий, то чуткое ухо это сразу подметит. «Ложка дёгтя в цистерне с мёдом ‒ и сразу всё очарование спадает, ‒ замечает Шамиль Самиулович. ‒ Фальшь аудитория чувствует нутром».
Мостовский артист очень щедр на комплименты в адрес коллег. За время разговора он добрым словом вспомнил Марию Процко и Юлиану Лукомскую («Просто кладезь таланта»), Ольгу Майсеенко («Это вы её знаете как театрала, а она прежде всего шикарная вокалистка!»), ушедшего из ансамбля Даниила Ясюнаса («Великолепный вокалист, музыкально очень грамотный») и Анара Алиева («Растёт на глазах как специалист, и энергия у него неуёмная!»).
У самого Шамиля Самиуловича энергии тоже хоть отбавляй, ведь выбора нет: всё нужно успеть! Дел хватает и на работе, и дома, и на усталость, хандру и прочие сантименты времени попросту нет.
‒ Вот голос звучит в голове постоянно, говорит: «Нужно сделать то, нужно сделать это…» ‒ смеётся музыкант. ‒ У меня там порой и так целый симфонический оркестр внутри, раскладывает всё по партиям и нотам.
…во время беседы Шамиль Самиулович обронил, что считает свой баритон «неярким». Напрасно: даже его тишайшие фразы звучат, будто прикосновения к струнам контрабаса. Временами музыкант сбивается на скороговорку: мысль не поспевает за словами, и предложения потоком сливаются в гитарное тремоло, что переходит в соло на баяне. Импровизация и заготовленная партитура сплетаются воедино ‒ вот так живёт музыкой мостовский человек-оркестр.
Виктор МОХАНЬ
Фото автора
Перепечатка материалов допускается с письменного разрешения «учреждение «Редакция газеты «Зара над Нёманам».
Назад